Login

Lost your password?
Don't have an account? Sign Up
Руководители финансовых служб воинских частей ВВС и ПВО оправданы по обвинению в хищении 8 миллионов рублей.

Руководители финансовых служб воинских частей ВВС и ПВО оправданы по обвинению в хищении 8 миллионов рублей.

Руководители финансовых служб воинских частей ВВС и ПВО оправданы по обвинению в хищении 8 миллионов рублей.Руководители финансовых служб воинских частей и финансовой инспекции Уральского объединения ВВС и ПВО оправданы по обвинению в хищении 8 000 000 рублей, отпущенных сокращаемой воинской части на выплату денежного довольствия.

При рассмотрении уголовного дела были выявлены многочисленные финансовые нарушения в подлежащей ликвидации воинской части и непосредственная причастность к этим нарушениям свидетелей Ч. – командира воинской части и В. – главного бухгалтера.

По заключению экспертов Уральского регионального центра судебной экспертизы Минюста России и финансовой инспекции военного округа, привлеченных судом к участию в производстве по делу, было установлено, что только в течение одного месяца, последовавшего за подписанием ликвидационного акта, в отделении федерального казначейства названными свидетелями незаконно были получены более 12 миллионов рублей, а не 8 миллионов, как это вменялось подсудимым.

В судебном заседании были опровергнуты показания свидетелей Ч. и В. о том, что 8 миллионов рублей ими было передано подсудимому Ш.

Кроме того, суд нашел достоверным заявление подсудимого Ш. о вынужденном самооговоре в ходе предварительного следствия.

На суде Ш. показал, что в ходе предварительного расследования сотрудники прокуратуры и следственных органов оказывали на него непроцессуальное давление, вследствие чего он дал показания о получении от свидетеля В. около 1 миллиона рублей.

Подсудимый Ш. сообщил суду о достоверных фактах биографии прокурорских работников, которые не были отражены в процессуальных документах.

Из этого следовало, что имело место его запугивание.

Кроме того, судом были получены доказательства многочисленных (более 40) телефонных звонков следователя обвиняемому  Ш., не обусловленных процессуальной необходимостью и по делу не документировавшихся.

При постановлении приговора суд обратил внимание военного прокурора Центрального военного округа на односторонность и необъективность проведенного расследования.

6 ноября 2012 года (спустя полтора года после постановления приговора) первым заместителем военного прокурора Центрального военного округа утверждено обвинительное заключение по уголовному делу в отношении Ч. и В., обвиненных в хищении более 12 миллионов рублей.

Дело направлено для рассмотрения в Екатеринбургский гарнизонный военный суд.

  1. Admin

    Руководители финансовых служб воинских частей и финансовой инспекции Уральского объединения ВВС и ПВО оправданы по обвинению в хищении 8 миллионов рублей, отпущенных сокращаемой воинской части на выплату денежного довольствия.
    При рассмотрении уголовного дела были выявлены многочисленные финансовые нарушения в подлежащей ликвидации воинской части и непосредственная причастность к этим нарушениям свидетелей Ч. – командира воинской части и В. – главного бухгалтера.
    По заключению экспертов Уральского регионального центра судебной экспертизы Минюста России и финансовой инспекции военного округа, привлеченных судом к участию в производстве по делу, было установлено, что только в течение одного месяца, последовавшего за подписанием ликвидационного акта, в отделении федерального казначейства названными свидетелями незаконно были получены более 12 миллионов рублей, а не 8 миллионов, как это вменялось подсудимым.
    В судебном заседании были опровергнуты показания свидетелей Ч. и В. о том, что 8 миллионов рублей ими было передано подсудимому Ш.
    Кроме того, суд нашел достоверным заявление подсудимого Ш. о вынужденном самооговоре в ходе предварительного следствия.
    На суде Ш. показал, что в ходе предварительного расследования сотрудники прокуратуры и следственных органов оказывали на него непроцессуальное давление, вследствие чего он дал показания о получении от свидетеля В. около 1 миллиона рублей.
    Подсудимый Ш. сообщил суду о достоверных фактах биографии прокурорских работников, которые не были отражены в процессуальных документах. Из этого следовало, что имело место его запугивание.
    Кроме того, судом были получены доказательства многочисленных (более 40) телефонных звонков следователя обвиняемому Ш., не обусловленных процессуальной необходимостью и по делу не документировавшихся.
    При постановлении приговора суд обратил внимание военного прокурора Центрального военного округа на односторонность и необъективность проведенного расследования.
    6 ноября 2012 года (спустя полтора года после постановления приговора) первым заместителем военного прокурора Центрального военного округа утверждено обвинительное заключение по уголовному делу в отношении Ч. и В., обвиненных в хищении более 12 миллионов рублей. Дело направлено для рассмотрения в Екатеринбургский гарнизонный военный суд.
    Выписка из приговора:
    П Р И Г О В О Р
    ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
    город Екатеринбург (Дата изъята)
    Екатеринбургский гарнизонный военный суд под председательством судьи Шаргородского И.Г., при секретаре Дубовой Е.А., с участием государственных обвинителей прокурора отдела обеспечения участия военных прокуроров в рассмотрении дел в судах военной прокуратуры Центрального военного округа подполковника юстиции Сумишина В.А. и старшего помощника военного прокурора Екатеринбургского гарнизона майора юстиции Сагдеева С.М., представителей потерпевшего и гражданского истца майора юстиции Александрова М.В. и капитана юстиции Афанасьева Ю.Ф., подсудимых Е., Г. и Ш., защитников – адвокатов Заречнова В.А., Городничева В.А. и Бортниковой Ю.В., в открытом судебном заседании рассмотрел уголовное дело в отношении
    Е. (часть персональных данных изъята), с высшим профессиональным образованием, несудимого, проходящего военную службу с 1990 года, подполковника, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ),
    Г. (часть персональных данных изъята), с высшим профессиональным образованием, несудимого, состоящего на военной службе с 1988 года, подполковника, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ),
    Ш. (часть персональных данных изъята), с высшим профессиональным образованием, проходившего военную службу с 1998 года по 2010 год, капитана запаса, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ).
    Судебным следствием военный суд
    У С Т А Н О В И Л:
    С 2005 года Е. проходил военную службу по контракту на должности помощника командующего по финансово-экономической работе – начальника финансово-экономической службы Уральского объединения ВВС и ПВО (главного бухгалтера).
    В числе прочих полномочий по занимаемой должности он распределял бюджетные ассигнования, лимиты бюджетных обязательств по подведомственным получателям бюджетных средств и исполнял соответствующую часть бюджета, выполняя административно-хозяйственные функции. Уральскому объединению ВВС и ПВО (далее Объединение) были подчинены войсковые части 00000 и 00001.
    В начале декабря 2007 года прямой начальник Е. потребовал от него перечислить 5000000 рублей, отпущенных, согласно росписи, на выплату денежного довольствия военнослужащим, на незакрытый лицевой счет ликвидированной 30 ноября того же года войсковой части 00000 для расходования на цели, непредусмотренные лимитом бюджетных обязательств. Полагая, что в противном случае карьера окажется под угрозой, данное распоряжение при осознании его незаконности Е. решил выполнить.
    Явно выходя за пределы своих полномочий 13 декабря 2007 года в управлении Объединения, вопреки требованиям статьи 7 Федерального закона «О бухгалтерском учете», предписывающей главному бухгалтеру обеспечивать соответствие осуществляемых хозяйственных операций законодательству Российской Федерации, контроль за движением имущества и выполнением обязательств, Е. подписал расходное расписание № ХХХХХ.
    Согласно данному расписанию на незакрытый лицевой счет ликвидированной войсковой части 00000 с распорядительного лицевого счета финансово-экономической службы Объединения были перечислены 5000000 рублей по статье, предусматривающей выплату денежного довольствия военнослужащим. В последующий период декабря 2007 года бывшими должностными лицами ликвидированной войсковой части 00000 (получателя бюджетных средств) с незакрытого лицевого счета этого получателя 50000000 рублей были получены.
    Выплата денежного довольствия военнослужащим из них не производилась.
    Судьба полученных 5000000 рублей в ходе досудебного производства и судебного разбирательства не установлена.
    В федеральный бюджет эти средства не возвращены, что привело, исходя из их размера, к существенному нарушению охраняемых законом интересов государства.
    В конце второй декады декабря 2007 года финансовым органом Главного командования Военно-воздушных сил на распорядительный лицевой счет финансово-экономической службы Объединения были перечислены бюджетные средства для выплаты денежного довольствия военнослужащим в объеме, значительно превышавшем имевшуюся потребность. Е., как главный бухгалтер Объединения, понимал, что данные средства до конца финансового года не могут быть израсходованы в полном объеме подведомственными получателями на цели, определенные бюджетными обязательствами. Желая избежать нареканий начальников за неиспользование бюджетных средств, Е. решил перечислить 3000000 рублей на, по-прежнему, незакрытый в органе казначейства лицевой счет ликвидированной войсковой части 00000.
    Названный подсудимый полагал, что данные средства в конце года с лицевого счета ликвидированной части (получателя) будут возвращены в федеральный бюджет, а он, как должностное лицо распорядителя бюджетных средств, снимет с себя всякую ответственность.
    С этой целью 21 декабря 2007 года в управлении Объединения Е., явно выходя за пределы своих полномочий и нарушая вышеуказанное положение статьи 7 Федерального закона «О бухгалтерском учете», подписал очередное расходное расписание № ХХХХХ.
    Согласно данному расписанию на незакрытый лицевой счет ликвидированной войсковой части 00000 с распорядительного лицевого счета финансово-экономической службы Объединения были перечислены 3000000 рублей по статье, предусматривающей выплату денежного довольствия военнослужащим. Возврат указанных средств в бюджет Российской Федерации Е. не проконтролировал.
    В последующий период декабря 2007 года бывшими должностными лицами ликвидированной войсковой части 00000 (получателя бюджетных средств) с незакрытого лицевого счета этого получателя 30000000 рублей были получены. Выплата денежного довольствия военнослужащим из них не производилась.
    Судьба полученных 3000000 рублей в ходе досудебного производства и судебного разбирательства не установлена.
    В федеральный бюджет эти средства не возвращены, что привело, исходя из их размера, к существенному нарушению охраняемых законом интересов государства.
    В ходе досудебного производства в возбуждении уголовного дела в отношении бывших должностных лиц ликвидированной войсковой части 00000, получивших упомянутые бюджетные средства, отказано на основании пункта второго части первой статьи 24 УПК РФ (за отсутствием в деянии состава преступления). Процессуальное решение в отношении прямого начальника Е., отдавшего распоряжение о перечислении бюджетных средств, не принималось.
    Согласно обвинительному заключению подсудимым Е., Г. и Ш. инкриминировано следующее.
    В ноябре 2007 года помощник командующего Объединением по финансово-экономической работе – начальник финансово-экономической службы (главный бухгалтер) Е. и начальник финансовой инспекции Объединения Г., будучи осведомленными об объемах фактического и запланированного финансирования Объединения, а также проводимых организационно-штатных мероприятиях, из корысти договорились совершить хищение бюджетных денежных средств, предназначенных для выплаты денежного довольствия военнослужащим и заработной платы гражданскому персоналу.
    К участию в реализации этого замысла они привлекли помощника командира подчиненной Объединению войсковой части 00001 по финансово-экономической работе – начальника отдела (финансово-учетного) Ш.
    Согласно достигнутой договоренности Е., используя доверительные отношения с командованием Объединения, должен был перечислить 8000000 рублей на счет подлежавшей ликвидации подчиненной войсковой части 00000, Г. – при проведении предшествующей ликвидации войсковой части 00000 ревизии – убедить командира этой части снять 8000000 рублей с лицевого счета и передать их представителю правопреемника – войсковой части 00001 Ш., а также не отражать в акте ревизии операции по движению этих средств, Ш. – получить в войсковой части 00000 бухгалтерские документы и наличными 8000000 рублей, обеспечив возможность распоряжаться этими денежными средствами по усмотрению соучастников.
    Кроме того, Ш. должен был уничтожить бухгалтерские документы войсковой части 00000, подтверждающие движение похищенных денежных средств.
    Реализуя задуманное, указано в обвинительном заключении, Г. при проведении ревизии в ноябре 2007 года сообщил командиру войсковой части 00000 Ч. о скором поступлении на лицевой счет этой части бюджетных средств и, используя служебное положение, путем обмана убедил его получить эти средства и наличными передать правопреемнику – войсковой части 00001. Ч., будучи неосведомленным о намерениях Г. и введенным последним в заблуждение, согласился выполнить это требование.
    В дальнейшем Е. злоупотребляя доверием и используя свое служебное положение расходными расписаниями № ХХХХХ от 13 декабря 2007 года и № ХХХХХ от 21 декабря 2007 года перечислил с лицевого счета Объединения на лицевой счет войсковой части 00000 5000000 рублей и 3000000 рублей соответственно по статье, предусматривающей выплату денежного довольствия военнослужащим и заработной платы гражданскому персоналу.
    В период с 24 по 25 декабря 2007 года по указанию Ч., введенного в заблуждение Г., 8000000 рублей были сняты с лицевого счета войсковой части 00000 и в один из дней в период с 25 декабря 2007 года по 30 января 2008 года переданы представителю финансового органа войсковой части 00001 Ш.
    При этом, указано в обвинительном заключении, Ч. полагал, что переданные Ш. средства будут доставлены и оприходованы в кассе войсковой части 00001 с отражением операции в бухгалтерских документах.
    Ш., получив путем обмана в кассе войсковой части 00000 бюджетные средства в размере 8000000 рублей, в войсковую часть 00001 их не доставил. Имея реальную возможность распоряжаться этими средствами, он передал их Г., после чего деньги были распределены между этими тремя подсудимыми.
    Г., проводивший ревизию финансовой и хозяйственной деятельности войсковой части 00000 в период совершения преступления, выполняя свою роль в хищении, в акте ревизии от 12 декабря 2007 года, фактически составленном и подписанным в январе 2008 года, не отразил операции по движению похищенных 8000000 рублей.
    В августе 2009 года Ш. получил на хранение бухгалтерские документы ликвидированной войсковой части 00000. Документы, содержащие сведения о движении похищенных 8000000 рублей, Ш. уничтожил.
    Эти действия Е., Г. и Ш. расценены как мошенничество – хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, что квалифицировано по ч.4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ).
    Данное обвинение основывалось на следующих доказательствах, добытых в ходе досудебного производства:
    – показаниях обвиняемого Е., согласно которым в декабре 2007 года двумя подписанными им расходными расписаниями 8000000 рублей были перечислены на лицевой счет войсковой части 00000 для выполнения ликвидационных мероприятий этой части;
    – показаниях обвиняемого Г. о проведении им в ноябре – декабре 2007 года ревизии финансовой и хозяйственной деятельности войсковой части 00000 и подписании соответствующего акта спустя месяц после ее окончания;
    – показаниях обвиняемого Ш. о том, что в декабре 2007 года ему позвонила главный бухгалтер войсковой части 00000 В. и просила, как правопреемника, получить у нее остаток наличных денежных средств. В тот же день он прибыл в войсковую часть 000000, где по приходным кассовым ордерам получил у В. около 1000000 рублей, которые при позднем возвращении в город Нижнее Серьги – 3 в этот же день не успел оприходовать. Через день-два ему позвонила В. и сообщила, что в связи с обнаружением Г. проблемных вопросов деньги следует возвратить в войсковую часть 00000, что можно сделать через того же Г. Тем же днем он прибыл в Екатеринбург и около КПП управления Объединения передал пакет с деньгами Г. В августе 2009 года от Ч. и В. им были приняты на хранение бухгалтерские документы ликвидированной войсковой части 00000. В конце февраля 2010 года при выемке документов было установлено, что их часть отсутствует;
    – протоколах очной ставки между Г. и Ш., проверки показаний на месте последнего обвиняемого, в ходе которых Ш. показал, что передавал Г. около 1000000 рублей по просьбе В.;
    – показаниях свидетеля Ч., сообщившего о том, что в ноябре 2007 года Е. выдал ему справку об отсутствии задолженности войсковой части 00000 перед Объединением. Г. в ходе ревизии сообщил ему о планируемом поступлении в декабре 2007 года 8000000 рублей, которые следует обналичить и украсть. Тот же Г. обещал не отражать сведений о движении этих средств в акте ревизии и пояснил, что после передачи на хранение бухгалтерских документов в соответствующей части они будут уничтожены. Посоветовавшись с главным бухгалтером войсковой части 00000 В., он заявил Г. об отказе участвовать в хищении. После подписания ликвидационного акта 1 декабря 2007 года оставшиеся наличные средства в части расходовались на закупки имущества для частей Объединения, ремонт помещений, а частью (8000000 рублей) были переданы по указанию Г. в войсковую часть 00001. Эти 8000000 рублей были сняты со счета по указанию Г., и в конце января 2008 года переданы Ш., как представителю правопреемника. 27 февраля 2007 года между ним и Ш. по инициативе последнего произошла встреча. На ней Ш. рассказал, что у него были изъяты полученные на хранение бухгалтерские документы войсковой части 00000. Однако кассовая книга и журналы – ордера, содержащие сведения по кассовым операциям и операциям с подотчетными лицами, отсутствуют. На допросах Ш. просил дать показания о том, что все поступившие деньги в ходе ликвидации были потрачены;
    – показаниях свидетеля Ч.1, согласно которым супруг (свидетель Ч.) рассказал ей в феврале 2010 года о снятии денег со счета войсковой части 00000 в декабре 2007 года, передаче их Ш. и о встрече с последним в феврале 2010 года. Кроме того, супруг рассказал ей о просьбе Ш. отрицать факт передачи денег;
    – показаниях свидетеля В., согласно которым в декабре 2007 года по указанию Ч. она получила с лицевого счета войсковой части 00000 зачисленные на этот счет в том же месяце 5000000 рублей и 3000000 рублей. В январе 2008 года 8000000 рублей по указанию Ч., сославшегося на указание Г., по приходным кассовым ордерам и квитанциям (форма 10) она передала Ш., как представителю финансового органа правопреемника – войсковой части 00001;
    – показаниях свидетеля Ш.1, сообщившей, что в августе 2009 года она присутствовала на передаче Ч. и В. бухгалтерской документации войсковой части 00000 Ш., как представителю войсковой части 00001. При передаче документов она участвовала в составлении их описи, а Ш. проверял соответствие описи наличию получаемых им документов;
    – показаниях свидетеля С. (командира войсковой части 00001) о том, что Ш. получать деньги в войсковой части 00000 он не уполномочивал;
    – показаниях свидетелей Д. и Т., сообщивших, что в один из дней августа – сентября 2009 года они по просьбе Ш. перевозили мешки с документами из войсковой части 00000 в войсковую часть 00001;
    – документах, подтверждающих перечисление Е. в декабре 2007 года с распорядительного лицевого счета финансово-экономической службы Объединения на лицевой счет войсковой части 00000 бюджетных 5000000 рублей и 3000000 рублей, получение в том же месяце этих средств по направленным в казначейство заявкам Ч. и В. в расчетно-кассовом центре последней;
    – справке от 29 ноября 2007 года о ликвидации финансового хозяйства войсковой части 00000 с 30 ноября 2007 года, выданной Е. командиру войсковой части 00000;
    – копией ликвидационного акта войсковой части 00000 от 30 ноября 2007 года;
    – актом ревизии финансовой и хозяйственной деятельности войсковой части 00000 от 12 декабря 2007 года, содержащим сведения об отсутствии средств на лицевом счете части на момент окончания ревизии;
    – заключением эксперта, проведшего судебно-бухгалтерскую экспертизу, содержащим сведения о перечислении Объединением на лицевой счет войсковой части 00000 в декабре 2007 года 5000000 рублей и 3000000 рублей, получении в том же месяце с этого счета их В. и недостоверности сведений, отраженных Г. в акте ревизии об остатке средств на лицевом счете войсковой части 00000 на момент окончания ревизии.
    В судебном заседании Е. подтвердил перечисление им в декабре 2007 года с распорядительного лицевого счета финансово-экономической службы Объединения на лицевой счет войсковой части 00000 бюджетных средств в размерах 5000000 рублей и 3000000 рублей.
    Он показал, что в конце ноября 2007 года Ч. просил выдать ему справку о ликвидации финансового хозяйства войсковой части 00000 для ее приобщения к ликвидационному акту.
    Тогда в выдаче этой справки он ему отказал, поскольку знал, что фактически финансовое хозяйство не ликвидировано, ревизия Г. не окончена, а имеющиеся на счете и в части средства полностью не израсходованы.
    Между тем, в начале декабря 2007 года командующий Объединением генерал-лейтенант К. (его непосредственный начальник) потребовал от него перечислить 5000000 рублей на счет войсковой части 00000 для приобретения материальных средств, выполнения внеплановых ремонтов зданий и помещений ликвидированной войсковой части 00000, которые должны были быть заняты иными частями Объединения.
    Бюджетных средств, которые могли быть отпущены на такие цели, не было. Кроме того, 30 ноября 2007 года был подписан ликвидационный акт войсковой части 00000, и законных оснований для перечисления денег с распорядительного счета не имелось.
    На его возражение К. заявил, что в противном случае вместе они служить не будут и предложил подыскать равнозначную должность в ином объединении. На тот момент он не имел выслуги для назначения пенсии, длительно находился в списке военнослужащих, нуждающихся в жилье.
    Опасаясь за свою карьеру, он выполнил указание К. и 13 декабря 2007 года в своем служебном кабинете подписал расходное расписание о перечислении с распорядительного лицевого счета финансово-экономической службы Объединения на лицевой счет войсковой части 00000 бюджетных средств в размере 5000000 рублей по статье, предусматривающей выплату денежного довольствия военнослужащим.
    О том, на какие конкретно цели были израсходованы эти средства ему не известно. Между тем, из войсковой части 00000 во вверенную ему службу были поставлены телевизор, оргтехника. К 30 ноября 2007 года военнослужащие ликвидированной войсковой части 00000 были переданы в иные части Объединения, где были зачислены на финансовое обеспечение.
    Выплачивать денежное довольствие в войсковой части 00000 с 30 ноября 2007 года было некому. Лично им ликвидационный акт войсковой части 00000 был подписан в середине декабря 2007 года.
    Касательно перечисления 3000000 рублей Е. показал, что в конце второй декады декабря 2007 года финансовым органом Главного командования Военно-воздушных сил на распорядительный лицевой счет финансово-экономической службы Объединения были перечислены бюджетные средства для выплаты денежного довольствия военнослужащим в объеме, значительно превышавшем имевшуюся потребность.
    Он, как главный бухгалтер Объединения и руководитель распорядителя бюджетных средств, понимал, что данные средства до конца финансового года не могут быть израсходованы в полном объеме подведомственными получателями на цели, определенные бюджетными обязательствами.
    Между тем, желая избежать нареканий начальников за не использование бюджетных средств, он решил перечислить 3000000 рублей на, по-прежнему, незакрытый в органе казначейства лицевой счет ликвидированной войсковой части 00000.
    Он полагал, что данные средства в конце года с лицевого счета ликвидированной части (получателя) будут возвращены в федеральный бюджет. Он же, как должностное лицо распорядителя бюджетных средств, снимет с себя всякую ответственность.
    Наказывать в этом случае будет некого.
    С этой целью 21 декабря 2007 года в управлении Объединения он подписал расходное расписание о перечислении на лицевой счет ликвидированной войсковой части 00000 с распорядительного лицевого счета финансово-экономической службы Объединения 3000000 рублей по статье, предусматривающей выплату денежного довольствия военнослужащим. Возврат указанных средств в бюджет Российской Федерации он не проконтролировал.
    В федеральный бюджет эти средства возвращены не были, поскольку были сняты в декабре 2007 года со счета свидетелем В.
    Судьба этих средств ему неизвестна.
    Г. по этому эпизоду показал, что в ноябре 2007 года им была начата ревизия финансовой и хозяйственной деятельности подлежащей ликвидации войсковой части 00000. На начало ревизии остаток на лицевых счетах этой части им был указан правильно.
    К 12 декабря 2007 года (дню окончания ревизии) на счете войсковой части 00000 оставалось еще около 4 миллионов рублей. Е. сказал, что отзывать бюджетные средства поздно и их необходимо потратить на приобретение материальных средств, ремонт зданий и помещений.
    К моменту окончания ревизии бухгалтерские документы Ч. и В. ему представлены не были.
    Об этом он докладывал заместителю командующего Объединением Р., которому войсковая часть 00000 была непосредственно подчинена. Р. сказал, что бюджетные средства еще будут расходоваться на приобретение имущества, ремонт зданий и просил не мешать. Фактически бухгалтерские документы ему были представлены Ч. и В. для обревизования только в августе 2009 года.
    Остаток около 4 миллионов рублей на 12 декабря 2007 года в акте ревизии им показан не был потому, что во второй половине декабря он участвовал в подписании ликвидационного акта войсковой части 00000 от 30 ноября 2007 года, где было указано о закрытии счетов этой части. Командованием Объединения ему неоднократно высказывались нарекания в том, что он мешает работать.
    В акте ревизии, оконченной 12 декабря 2007 года, поступление вмененных ему в хищение 8000000 рублей отражено быть не могло, поскольку данные средства были направлены в войсковую часть 00000 после этой даты.
    Подсудимый Ш., не признавая своей вины в хищении, показал, что наличных денежных средств в войсковой части 00000 никогда не получал.
    Свои показания на предварительном следствии о получении у В. в декабре 2007 года около 1000000 рублей он объяснил угрозой прокурорских и следственных должностных лиц арестом.
    Касательно получения в августе 2009 года на хранение бухгалтерских документов войсковой части 00000 Ш. сообщил, что длительное время эти документы ему не предавались потому, что не были обревизованы Г.
    Полноту переданных документов он не проверял. В ходе выемки в феврале 2010 года часть числящихся переданными ему документов отсутствовала. Причина этого ему неизвестна. После выемки по его инициативе он встречался с Ч. На встрече он сообщил Ч., что часть документов отсутствует, и пытался выяснить, почему так получилось. Ч. ему ничего вразумительного не ответил.
    Свидетель Ч. показал, что в 2007 году он являлся командиром войсковой части 00000. В июне 2007 года были начаты основные мероприятия по ликвидации части, которые должны были быть завершены 30 ноября того же года.
    До ликвидации Г. должен был провести ревизию финансовой и хозяйственной деятельности вверенной ему части. Ревизия Г. была начата только в конце ноября 2007 года и фактически завершилась только в январе 2008 года.
    С началом ревизии Г. сообщил ему, что в декабре на счет части поступят средства на выплату денежного довольствия военнослужащим, которые можно будет получить и похитить, разделив их с Е. Бухгалтерская документация, подтверждающая эту операцию, по заверению Г., будет передана на хранение в иной орган и утрачена.
    О поступившем предложении он рассказал главному бухгалтеру войсковой части 00000 В., которая просила его не ввязываться в это. Об отказе участвовать в хищении он заявил Г.
    В течение ноября – декабря 2007 года на лицевой счет части действительно поступали значительные бюджетные средства, предусмотренные на выплату денежного довольствия военнослужащим.
    К 30 ноября 2007 года в войсковой части 00000 не осталось ни одного военнослужащего.
    Приказ о своем исключении из списков личного состава этой части он издал сам в указанный день. К тому же дню были изданы приказы об увольнении всех лиц гражданского персонала части.
    Между тем, лицевой счет войсковой части 00000 фактически закрыт не был. Г. давал ему указание о том, что все поступающие бюджетные средства в ноябре – декабре 2007 года необходимо израсходовать на приобретение материальных ценностей (оргтехника, бытовые приборы, канцелярские товары) и выполнение ремонта зданий и помещений части. 8000000 рублей, поступившие на счет части с 13 декабря 2007 года, Г. потребовал передать наличными Ш., как представителю финансового органа правопреемника.
    По его указанию В., являвшаяся главным бухгалтером войсковой части 00000 до 30 ноября 2007 года (дня официального увольнения), в декабре 2007 года, в числе иных бюджетных средств, получила и эти 8000000 рублей.
    Хранившиеся в части остатки денег в сумме более 8 миллионов рублей (за исключением около 200000 рублей) в конце января 2008 года в его присутствии В. были переданы Ш. по приходным кассовым ордерам и квитанциям (форма 10).
    Кроме того, Ч. показал, что в ноябре 2007 года действительно просил Е. выдать ему справку о ликвидации финансового хозяйства войсковой части 00000, необходимую для приобщения к ликвидационному акту. Тогда в выдаче этой справки Е. ему отказал, сославшись на то, что ревизия финансовой и хозяйственной деятельности части не завершена.
    Эту справку Е. выдал ему только в середине декабря 2007 года. После издания приказа об исключении из списков личного состава войсковой части 00000 он, по-прежнему, продолжал исполнение обязанностей ее командира, поскольку подписанием ликвидационного акта фактически ликвидация завершена не была: не все имущество было передано, были не закрыты счета. По этой же причине В. фактически продолжала исполнять после увольнения обязанности главного бухгалтера.
    Свидетель В. показала, что летом 2007 года ей, как главному бухгалтеру войсковой части 00000, Е. предложил совершить хищение бюджетных средств, которые, в значительно превышающем потребность размере, тот перечислит на лицевой счет части в ликвидационный период.
    От участия в этом она отказалась.
    В ноябре 2007 года Ч. рассказал ей об аналогичном предложении, поступившем от Г. Она просила Ч. не участвовать в этом.
    В ноябре – декабре 2007 года на лицевой счет части действительно поступали бюджетные средства в объемах, многократно превышающих потребность.
    Заявок на эти средства в финансово-экономическую службу Объединения (довольствующий орган) она не подавала.
    В декабре в кассу войсковой части 00000 из казначейства были получены наличные деньги в сумме 1258791 рубль, 8698423 рубля и 300000 рублей. Два последних раза деньги получала она лично. Орган федерального казначейства и РКЦ Банка России о наличии приказа о своем увольнении с 30 ноября 2007 года она не информировала.
    В ходе проводимой ревизии в ноябре – декабре 2007 года Г. требовал направлять поступающие средства на приобретение различных материальных ценностей, ремонт зданий и помещений части. Кроме того, в январе 2008 года Г. настоял на передаче остатка наличных денег Ш., как представителю правопреемника – войсковой части 00001.
    Незаконность операции по передаче наличных денег от одного получателя другому она сознавала, но ничего не могла с этим поделать, поскольку Г. являлся начальником финансовой инспекции Объединения.
    Распоряжение Г., кроме того, было подтверждено командиром части Ч. В конце января 2008 года Ш. прибыл за деньгами. Сначала она выдала ему чуть более 3000000 рублей. О принятии денег Ш., прибывший с печатью части, выдал ей приходно-кассовый ордер и квитанцию (форма 10) из квитанционной книжки войсковой части 00001.
    Убыв с деньгами, Ш. вернулся не более получаса спустя. Ей он сказал, что получил распоряжение получить весь остаток.
    Она выдала ему еще немногим более 5000000 рублей. О получении второй суммы Ш. также выдал ордер и квитанцию. В кассе войсковой части 00000 она оставила 200000 рублей, которые в дальнейшем были расходованы на расчет гражданского персонала и приобретение канцелярских товаров.
    С разрешения Е. из этих денег она взяла себе около 39000 рублей в качестве заработной платы за три месяца, поскольку официально была уволена, но фактически продолжала работать. В апреле 2008 года она подготовила все бухгалтерские документы к передаче в войсковую часть 00001.
    Однако, данные документы длительно никто не забирал. Только в августе 2009 года Г. и Ш. прибыли за документами и по описи последним они были получены. В числе этих документов в ордере № 1 за ноябрь – декабрь 2007 года имелись два ордера и 2 квитанции о получении Ш. более 8 миллионов рублей в январе 2008 года.
    Касательно выданных Ш. ордеров и квитанций о получении более 8 миллионов рублей В. и Ч. также показали, что оставили себе по экземпляру светокопий этих четырех документов. Однако, в связи с многочисленным перемещением документов в постликвидационный период, они оба эти светокопии утратили.
    Согласно копии послужного списка Е. приказом Министра обороны Российской Федерации от 21 октября 2005 года № 000 был назначен на должность помощника командующего по финансово-экономической работе – начальника финансово-экономической службы Объединения (главного бухгалтера). От указанной должности он был освобожден по приказу главнокомандующего Военно-воздушными силами от 27 октября 2009 года № 000, что подтверждено соответствующей выпиской.
    Подсудимый Г., что видно из копии его послужного списка, будучи в течение предшествующих четырех лет старшим инспектором – ревизором финансовой инспекции Объединения, приказом главнокомандующего Военно-воздушными силами от 22 ноября 2007 года № 000 назначен на воинскую должность начальника той же инспекции.
    Приказом того же главнокомандующего от 10 июля 2009 года № 000 Г. освобожден от должности начальника финансовой инспекции Объединения в связи с организационно-штатными мероприятиями и зачислен в распоряжение командира войсковой части 00002 до получения жилого помещения. Согласно выписке из приказа командующего Объединением от 20 сентября 2009 года № 000 Г. был объявлен сдавшим дела и должность начальника финансовой инспекции Объединения только с 31 декабря 2009 года. С 1 января 2010 года ему предписано убыть в распоряжение командира войсковой части 00002.
    В соответствии с выписками из приказов командующего Объединением от 27 сентября 2006 года № 000, командира войсковой части 00001 от 2 октября 2006 года № 000 и от 18 мая 2009 года № 000 в течение указанного периода Ш. являлся помощником командира войсковой части 00001 по финансово-экономической работе – начальником отдела (финансово-учетного). По приказу командира войсковой части 00001 от 19 мая 2009 года № 000 Ш., освобожденный от воинской должности в связи с организационно-штатными мероприятиями, допущен к временному исполнению вакантной воинской должности помощника командира части по финансово-экономической работе.
    Согласно выписке из приказа командира войсковой части 00000 от 30 ноября 2007 года № 000 Ч., освобожденный от должности командира этой части приказом главнокомандующего Военно-воздушными силами от 22 ноября 2007 года № 000 и назначенный на воинскую должность начальника отдела проверки и регулировки (электроприборов) войсковой части 00003, с 30 ноября 2007 года сам объявил себя сдавшим дела и должность командира войсковой части 00000 и с того же дня исключенным из списков личного состава этой части.
    Из трудовой книжки В. видно, что с 20 ноября 2006 года она работала начальником финансового отделения – главным бухгалтером войсковой части 00000. Увольнение В. из этой части произведено в связи с ликвидацией организации с 30 ноября 2007 года (приказ командира войсковой части 00000 от 12 ноября 2007 года № 000).
    Согласно копии приказа командующего Объединением от 14 марта 2007 года № 000, изданного во исполнение директивы Министра обороны Российской Федерации от 26 декабря 2006 года № Д-000, директивы главнокомандующего Военно-воздушными силами от 31 января 2007 года № 000 и директивы главного штаба Военно-воздушных сил от 30 января 2007 года «Об организационно-штатных мероприятиях, проводимых в Военно-воздушных силах в 2007 году», начальнику финансовой инспекции Объединения надлежало провести ревизию (углубленную проверку) финансово-экономической и хозяйственной деятельности войсковой части 00000 до 1 декабря 2007 года, закрыть лицевой счет этой части к тому же сроку.
    Командиру войсковой части 00000 к 1 декабря 2007 года следовало произвести передачу имущества части правопреемнику, осуществить планирование и проведение организационно-штатных мероприятий.
    Начальнику финансового отделения войсковой части 00000 к 15 октября 2007 года надлежало подготовить дела для проведения ревизии, известить орган федерального казначейства, налоговый орган о предстоящей реорганизации (сокращении), согласовать с налоговыми и контрольно-ревизионными органами бюджетного надзора время и сроки проведения соответствующих проверок, произвести расчеты с личным составом по всем причитающимся выплатам денежного довольствия и заработной платы, а также выплатам социального и компенсационного характера в пределах выделенных лимитов бюджетных ассигнований, до 1 декабря 2007 года сдать обревизованные основные ведомости по выплате денежного довольствия военнослужащим и заработной платы гражданскому персоналу части в архив военного округа, после проведения ревизии финансовой и хозяйственной деятельности подготовить и передать в финансовую службу части-правопреемника раздаточные ведомости по прочим социальным и компенсационным выплатам, а также дополнительные ведомости на выплату денежного довольствия военнослужащим и заработной платы гражданскому персоналу за последние пять лет, подготовить и передать в финансовую службу части-правопреемника после проведения ревизии все банковские докуме

  2. Admin

    за последние пять лет, подготовить к 1 декабря 2007 года контрольные ведомости на выплату денежного довольствия военнослужащим и среднемесячного заработка гражданскому персоналу для передачи их в Объединение, представить до 20 января 2007 года (год приведен в приговоре в соответствии с приказом) в финансово-экономическую службу Объединения заключительный (ликвидационный) баланс.
    Кроме того, командиру войсковой части 00000 и начальнику финансового отделения этой части приказано своевременно провести предварительные мероприятия, связанные с ликвидацией войсковой части 00000 как юридического лица. Контроль за исполнением данного приказа возложен на помощника командующего Объединением по финансово-экономической работе и начальника финансовой инспекции Объединения.
    Из подписанного Е. реестра расходных расписаний от 13 декабря 2007 года № ХХХХХ (распорядитель финансово-экономическая служба Объединения) видно, что на основании расходных расписаний данного реестра казначейству было разрешено распределить лимиты бюджетных обязательств и объемы финансирования расходов в пределах лимитов бюджетных обязательств и объемов финансирования по войсковой части 00000 (расходное расписание № ХХХХХ) коду 187 0201 2020000 239 211 (выплата денежного довольствия военнослужащим) в размере 5000000 рублей.
    В соответствии с подписанным Е. реестром расходных расписаний от 21 декабря 2007 года № ХХХХХ финансово-экономическая служба Объединения финансировала войсковую часть 00000 (расходное расписание № ХХХХХ) по тому же коду в размере 3000000 рублей.
    Из представленных в отделение по Орджоникидзевскому району города Екатеринбурга управления федерального казначейства по Свердловской области и исполненных заявок на получение наличных денег, подписанных Ч. (руководителем получателя – войсковая часть 00000) и В. (главным бухгалтером получателя) видно, что получателем бюджетных средств были заказаны:
    – по заявке № 00 от 10 декабря 2007 года 1258791,43 рубля (из них на выплату денежного довольствия военнослужащим 800000 рублей);
    – по заявке № 00 от 21 декабря 2007 года 8696423,94 рубля (из них на выплату денежного довольствия военнослужащим 8694987,03 рублей);
    – по заявке № 00 от 25 декабря 2007 года 3000000 рублей на выплату денежного довольствия военнослужащим.
    Согласно изъятым в ходе выемки в Орджоникидзевком РКЦ ГУ Банка России по Свердловской области чекам 1258791,43 рубля 10 декабря 2007 года были получены М., 8696423,94 рубля 24 декабря 2007 года и 3000000 рублей 25 декабря 2007 года соответственно были получены В.
    В связи с этим Ч. и В. показали, что 10 декабря 2007 года деньги получались бухгалтером по кассовым операциям войсковой части 00000 М., а в последующие дни самой В., поскольку все сотрудники были уволены. Из корешков изъятой у В. чековой книжки видно, что три соответствующих чека в декабре 2007 года были подписаны первой подписью Ч. и второй подписью В.
    В соответствии с квитанциями к приходно-кассовым ордерам, изъятым в войсковой части 00001 с мемориальным ордером № 0 за ноябрь-декабрь 2007 года войсковой части 00000, 10 декабря 2007 года В. в кассу войсковой части 00000 приняты 1258791,43 рубль, 21 декабря 2007 года – 8698423,94 рубля, 25 декабря 2007 года – 3000000 рублей. Указание в ордере датой принятия в кассу 8698423,94 рублей 21 декабря 2007 года, полученных согласно чеку в РКЦ только 24 декабря, В. объяснила технической ошибкой при составлении ордера.
    Приведенное движение бюджетных средств по лицевому счету войсковой части 00000 подтверждается и выписками из лицевого счета этой части, полученными из УФК по Свердловской области.
    Согласно копии составленного Г. акта ревизии финансовой и хозяйственной деятельности войсковой части 00000 таковая была проведена названным подсудимым в период с 27 ноября по 12 декабря 2007 года.
    В акте Г. указал, что остаток денежных средств на лицевом счете войсковой части 00000 на начало ревизии составляет 5660849,72 рублей. На момент окончания ревизии остатка на лицевом счете в ОФК по Орджоникидзевскому району города Екатеринбурга нет. Г. внесено предложение о закрытии лицевого счета части. Указанный акт, помимо Г., подписан Ч., В. и Б. (должность последнего – помощник командира войсковой части 00000 по МТО).
    В выданной Е. командиру войсковой части 00000 справке от 29 ноября 2007 года № 000 указано, что финансовое хозяйство этой части ликвидировано с 30 ноября 2007 года, финансовая отчетность представлена в финансово-экономическую службу Объединения, обревизованные ведомости на выплату денежного довольствия и заработной платы за 2002 – 2007 годы переданы войсковой части 00004, остальные сданы в архив ПУрВО, кассовые книги, главные книги, остальные документы и дела, книги и журналы переданы по описям правопреемнику – войсковой части 00001.
    В справке указано, что данный документ выдан для приобщения к ликвидационному акту.
    В соответствии с описями документов, передаваемых из финансовой службы войсковой части 00000 в финансовую часть войсковой части 00001 В. передала Ш., в числе прочего, за 2007 год мемориальный ордер по кассе, кассовую книгу и мемориальный ордер по расчету с подотчетными лицами.
    Свидетель Ш.1 при рассмотрении дела показала, что летом 2009 года Ш. в бывшем месте дислокации войсковой части 00000 получал у В. бухгалтерские документы.
    Присутствуя при этом и помогая В., она составляла описи. Ш. выборочно проверял получаемые документы. Находившийся там же Г. в ряде документов проставлял отметки о проверке. Ч. также присутствовал при передаче документов от В. Ш. Вся документация была сложена в холщовые мешки и по указанию Ш. вывезена неизвестными ей военнослужащими.
    Свидетели Д. и Т. показали, что летом 2009 года из бывшего пункта дислокации войсковой части 00000 по указанию Ш. они доставили в войсковую часть 00001 несколько холщовых мешков с документами. Все мешки они складировали в строевой части.
    Согласно показаниям свидетеля С. (командира войсковой части 00001) в августе 2009 года попутным транспортом во вверенную ему часть были доставлены бухгалтерские документы ликвидированной войсковой части 00000. Получением и хранением этих документов он не интересовался. О получении наличных денежных средств в войсковой части 00000 Ш. ему никогда не докладывал и выполнять такую операцию названного подчиненного он не уполномочивал.
    Свидетели Б. и О. (сотрудники бухгалтерии войсковой части 00001) показали, что в августе 2009 года в финансовую службу действительно были доставлены на хранение бухгалтерские документы войсковой части 00000. Данные документы хранились в помещениях бухгалтерии, мешали работе и неоднократно перекладывались.
    Б., кроме того, показала, что неоднократно обращала внимание Ш. на коробку и полиэтиленовый пакет, лежавшие на полу в кабинете бухгалтерии и мешающие проходу. Что находилось в этих пакете и коробке она не знает. В один из дней начала 2010 года (возможно начала весны этого года) в отсутствие Ш. к ней подошел офицер части К.1 и сказал, что Ш. просил сжечь содержимое коробки и мешка. Мешок и коробку из бухгалтерии в тот же день забрал военнослужащий С.1.
    Свидетель К.1 показал, что в начале весны 2010 года он передал Б. просьбу Ш. сжечь мусор.
    Допрошенный в качестве свидетеля С.1 показал, что в один из дней начала весны 2010 года Ш. поручил ему сжечь мусор, находящийся в бухгалтерии. Возможно это было в феврале – марте 2010 года. На следующий день он прибыл в бухгалтерию, и Б. указала ему на полиэтиленовый мешок и коробку.
    На территории части в специально отведенном месте он сжег содержимое этих мешка и коробки. В них находились разрозненные бумаги. Что это были за бумаги, он не помнит и их содержание ему неизвестно. Ранее он таких поручений не выполнял.
    Из заключения эксперта Гаязова от 24 сентября 2010 года, выполнившего в ходе предварительного следствия судебно-бухгалтерскую экспертизу, видно, что в декабре 2007 года (10, 24 и 25 чисел) войсковой частью 00000 были получены средства федерального бюджета на сумму 12957215,37 рублей.
    Остаток денежных средств, снятых наличными деньгами в указанный период, сформировался за счет имевшегося на лицевом счете войсковой части 00000 в ОФК на 1 декабря 2007 года неизрасходованного остатка в сумме 5813136,87 рублей и поступившего по расходным расписаниям от 13 и 21 декабря 2007 года на лицевой счет войсковой части 00000 от Объединения финансирования в сумме 5000000 рублей и 3000000 рублей для выплаты денежного довольствия военнослужащим. В декабре 2007 года на лицевом счете войсковой части 00000 имелось средств федерального бюджета 13813136,87 рублей. На вопрос о том, были ли оприходованы по кассе денежные средства, полученные с 1 декабря 2007 года, и каково их дальнейшее движение эксперт ответить возможным не счел, поскольку для исследования не были представлены кассовая книга и журнал операций по счету «Касса».
    Вместе с тем, по мнению эксперта, об оприходовании полученных денежных средств косвенно свидетельствуют квитанции к приходно-кассовым ордерам, корешки чеков. Касательно акта ревизии, составленного Г., эксперт заключил, что сведения об операциях по движению денежных средств по лицевому счету и кассе войсковой части 00000 ревизором не отражены. В акте отражен остаток денежных средств на 27 ноября 2007 года в размере 5660849,72 рублей и недостоверно указаны сведения об отсутствии остатка бюджетных средств на счете на день окончания ревизии.
    Фактически на 12 декабря 2007 года на счете имелось 4243334,09 рубля. Кроме того, эксперт указал, что согласно записям в книге № 00 войсковой части 00000 (книга регистрации выданных извещений формы 280) и имеющимся извещениям (форма 280) войсковой частью 00000 войсковым частям Объединения передано материальных ценностей на сумму 3123054,05 рубля.
    По ходатайству государственного обвинителя Сумишина, поддержанному всеми участниками судебного разбирательства, суд назначил комиссионную судебно-бухгалтерскую экспертизу, поручив ее производство Уральскому региональному центру судебной экспертизы Минюста России с привлечением начальника отдела Региональной финансовой инспекции Минобороны России по Приволжско-Уральскому военному округу Сутягина (имеющего высшее экономическое образование и ученую степень «Кандидат экономических наук»). В распоряжение экспертов, в числе прочих, были переданы и дополнительно представленные стороной обвинения в ходе судебного следствия материалы.
    В соответствии с заключением экспертов от 8 апреля 2011 года в ОФК по Орджоникидзевскому району Екатеринбурга в 2007 году были открыты лицевые счета войсковой части 00000 № 1 и № 2.
    По лицевому счету № 1 остаток на 1 ноября 2007 года составлял 192551,53 рубль. Расход в ноябре составил 192551,53 рубль, из них выдано в кассу 3092,98 рубля. На 1 декабря 2007 года остаток по счету составлял 0,00 рублей. В дальнейшем движение бюджетных средств по этому счету не осуществлялось.
    По лицевому счету № 2 остаток на 1 ноября 2007 года составлял 2228100,44 рублей. В течение ноября – декабря 2007 года приход составил 15644729,58 рублей (в том числе финансирование ноября 7633300,00 рублей, поступление платежа 10530,48 рублей, финансирование декабря 8000000,00 рублей, поступление платежа 899,10 рублей).
    Расход по этому счету в указанные месяцы составил 17872830,02 рублей. В ноябре выдано в кассу 3396340,00 рублей, в декабре – 12957215,37 рублей. Безналичные перечисления (налоги, страховые взносы: в ФСС, ТФОМС, ФФОМС, Пенсионный фонд, алименты) 1519274,65 рубля. Остаток на 1 января 2008 года – 0,00 рублей. Лицевой счет был закрыт 31 декабря 2008 года.
    С лицевого счета № 2 выдано в кассу войсковой части 00000 в ноябре 2007 года по пяти чекам, как уже указывалось, 3396340,00 рублей, в том числе на выплату денежного довольствия военнослужащим и заработную плату гражданскому персоналу 2207324,72 рубля.
    По чеку серии БВ № 4355382 от 10 декабря отражено получение наличных денег в сумме 1258791,43 рубль, в том числе 1037752,71 рубля на выплату денежного довольствия военнослужащим. По чеку серии БВ № 4355388 от 21 декабря 2007 года отражено получение наличных денег в сумме 8698423,94 рубля, в том числе 8694987,03 рублей для выплаты денежного довольствия военнослужащим и 3436,91 рублей на оплату труда. По чеку серии БВ № 4355391 от 25 декабря 2007 года отражено получение наличных денег в сумме 3000000,00 рублей для выплаты денежного довольствия военнослужащим.
    На 27 ноября 2007 года (день начала Г. ревизии) остаток по счету № 2 составлял (согласно выпискам казначейства) 5982883,63 рубля. Г. отразил в акте остаток на эту дату 5660849,72 рублей. Расхождение 332033,91 рубля. На 30 ноября 2007 года (день ликвидации войсковой части 00000) остаток по этому счету по заключению экспертов составил 5813136,87 рублей. На 12 декабря 2007 года (момент окончания Г. ревизии) остаток по счету составил 4314943,23 рубля, как это видно из приложения № 2 к заключению. Г. на эту дату в акте ревизии остаток по счету указан равным нулю.
    Эксперты пришли к выводу, что в четвертом квартале 2007 года финансирование войсковой части 00000 по расходам на выплату денежного довольствия военнослужащим произведено сверх имевшейся потребности. Финансирование на сумму 8000000 рублей в декабре 2007 года Е. – руководителем финансового органа распорядителя средств федерального бюджета проведено после ликвидации войсковой части 30 ноября 2007 года при отсутствии документально подтвержденной потребности.
    На вопросы о соблюдении правил документального оформления и отражения в бухгалтерском учете получения с лицевых счетов денежных средств с 1 ноября 2007 года и отражения с этого времени операций по расходованию денежных средств на цели в соответствии с бюджетным финансированием эксперты не ответили, сославшись на отсутствие первичных и сводных бухгалтерских документов.
    Эксперты указывают, что в соответствии с пунктом 27 Порядка ведения кассовых операций в Российской Федерации выдача наличных денег из кассы, не подтвержденная распиской получателя в расходном кассовом ордере или другом заменяющем его документе, в оправдание остатка наличных денег в кассе не принимается.
    Эта сумма является недостачей и взыскивается с кассира. Недостача наличных денег определяется как документально неподтвержденный расход. Анализируя представленные материалы эксперты заключили, что из поступивших в кассу войсковой части 00000 в декабре 2007 года денежных средств в сумме 12957215,37 рублей расходы в сумме 11169746,49 рублей не подтверждены оправдательными документами, что составило недостачу по кассе. Расход в сумме 1787468,88 рублей эксперты нашли условно подтвержденным извещениями (форма 280) на отгрузку ТМЦ из войсковой части 00000 в другие войсковые части объединения за период с 6 декабря 2007 года по 3 марта 2008 года.
    На вопросы об отражении операции о передаче наличных денежных средств войсковой частью 00000 в войсковую часть 00001, соблюдения в войсковой части методики ведения бухгалтерского учета эксперты не ответили ввиду отсутствия первичных оправдательных документов и регистров бухгалтерского учета.
    Из исследованных извещений (форма 280), приобщенных следователем к материалам уголовного дела, а также из извещений, представленных в судебном заседании стороной обвинения дополнительно, видно, что с декабря 2007 года войсковой частью 00000 в управление Объединения передавались товароматериальные ценности: письменный прибор из природного камня стоимостью 39800,00 рублей, ноутбуки (в том числе стоимостью 79512,00 рублей, 55971,30 рублей), во множестве стационарные компьютеры, принадлежности к ним и расходные материалы, телевизоры стоимостью от 20000 до 30000 рублей, холодильники, СВЧ печи, иная бытовая техника, посуда, мебель, автоконтейнеры с аккумуляторами температуры, чехлы для меховой одежды в количестве 9 штук, футболки, домашние тапочки, полотенца, постельные принадлежности и белье, шторы для ванной, мыльницы, прищепки, тазы и ведра, ерши и вантузы, а также прочее другое всего имущество на сумму 1787468,88 рублей.
    Анализируя представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.
    Документально установлено, что 13 и 21 декабря 2007 года главный бухгалтер Объединения Е., являясь руководителем финансового органа – распорядителя средств федерального бюджета, перечислил 5000000 рублей и 3000000 рублей на лицевой счет подведомственного получателя – войсковой части 00000.
    Согласно лимитам бюджетных обязательств данные средства были отпущены на выплату денежного довольствия военнослужащим. Эти обстоятельства подтверждены вышеприведенными реестрами расходных расписаний, выписками из лицевого счета войсковой части 00000, а также дополнительно представленными по ходатайству стороны обвинения и истребованных судом в УФК по Свердловской области копиями самих расходных расписаний от 13 и 21 декабря 2007 года. Осознание Е. незаконности этих операций для суда очевидно, поскольку военнослужащих в войсковой части 00000 на 30 ноября 2007 года не оставалось. Выплачивать ежемесячное денежное довольствие (код 187 0201 2020000 239 211, по которому было произведено финансирование) было некому. Е., как главный бухгалтер Объединения, вопреки требованиям статьи 7 Федерального закона «О бухгалтерском учете» не обеспечил, а, напротив, выполнил незаконную операцию, и оставил дальнейшее движение бюджетных средств без должного контроля, что и подтвердил сам при рассмотрении дела.
    Между тем, мотивы совершения названными подсудимыми этих действий, считает суд, органом предварительного следствия определены неверно.
    В качестве прямых доказательств передачи В. в один из дней с 25 декабря 2007 года по 30 января 2008 года Ш. наличных денег в сумме 8000000 рублей стороной обвинения представлены показания свидетелей В. и Ч., заявивших при рассмотрении дела, что Ш. получил в конце января 2008 года у В. в присутствии Ч. в два приема более 8000000 рублей, выдав в подтверждение операций два приходно-кассовых ордера и две квитанции (форма 10) войсковой части 00001.
    Также стороной обвинения в подтверждение наличия этого события представлены показания Ш., полученные от него как свидетеля и обвиняемого в ходе досудебного производства о том, что в декабре 2007 года он получил от В. остатки наличных денег по кассе войсковой части 00000 в размере около 1000000 рублей, которые в дальнейшем по просьбе В. передал для возвращения в часть Г.
    Эти доказательства, как и любые другие, должны получить оценку во взаимосвязи с иными доказательствами, что позволит объективно разрешить настоящее уголовное дело.
    В связи с наличием противоречий в показаниях свидетелей Ч. и В. относительно размера переданных Ш. наличных денег в судебном заседании были оглашены показания названных лиц, полученные в ходе досудебного производства. В своем объяснении помощнику военного прокурора Екатеринбургского гарнизона Кудаеву 2 марта 2010 года Ч. указал, что в конце января 2008 года В. передала Ш. около 7000000 рублей. В. 3 марта 2010 года тому же должностному лицу дала объяснение о передаче Ш. в конце января 2008 года в два приема 7 – 8 миллионов рублей. Расход по кассе она оформила выпиской ордера и квитанции. 23 марта 2010 года при допросе в качестве свидетеля Ч. назвал сумму 7 – 8 миллионов рублей, переданной в январе 2008 года. В. в тот же день показала о передаче в Ш. в конце января 2008 года 7 – 8 миллионов рублей.
    11 июня 2010 года в ходе очной ставки с Ш. Ч. указал о передаче уже около 8 миллионов рублей. Волошина в этот день на очной ставке с тем же обвиняемым показала о передаче 7-8 миллионов рублей. 26 июля 2010 года свидетель В. показала, что передала Ш. в один из дней конца января 2008 года 3000000 рублей и 5000000 рублей ровно. В ходе рассмотрения дела и Ч, и В., как уже отмечалось, показали о передаче Ш. более 8 миллионов рублей. Никакого объяснения этим противоречиям Ч. и В. не дали. Однако, констатирует суд, показания Ш. на предварительном следствии о получении им денег именно в декабре 2007 года эти свидетели не подтвердили.
    В ходе досудебного производства Ш. действительно показывал о получении около 1 миллиона рублей от В. в декабре 2007 года.
    4 марта 2010 года он дал объяснение помощнику прокурора Кудаеву о том, что в декабре 2007 года получил от В. в присутствии Ч. и Г. остаток по кассе. Суммы наличных денег в объяснении, несмотря на неоднократные вопросы помощника прокурора, Ш. не называл. В этом же объяснении Ш. указал, что о получении денег он составил квитанцию в квитанционной книжке (форма 10) войсковой части 00000 и ордер.
    На следующий день по звонку В. он отвез деньги в управление Объединения, где передал их Г. вместе с квитанциями. 29 марта при допросе в качестве свидетеля с участием защитника Ш. показал следователю Широкову о получении в один из дней декабря 2007 года в присутствии Г. у В. около 1 миллиона рублей в два приема. О получении денег он выписал приходно-кассовые ордеры.
    Через день-два ему позвонила В. и сказала, что деньги необходимо возвратить, так как Г. обнаружил ряд проблемных вопросов. По просьбе В., прибыв в управление Объедения, он передал деньги Г. для возвращения в кассу войсковой части 00000. Эти показания Ш. подтвердил в присутствии защитника на очной ставке с В. 11 июня 2010 года, 30 августа 2010года – при проверке показаний на месте. Подтвердил эти показания Ш. в присутствии защитника 17 сентября и 13 декабря 2010 года при допросах в качестве обвиняемого.
    Между тем, в ходе рассмотрения дела Ш. показал, что с 27 февраля 2010 года с ним неоднократно беседовал помощник военного прокурора, который требовал дать изобличающие Г. в хищениях показания. 4 марта 2010 года он в очередной раз давал помощнику прокурора объяснение. Помощник прокурора, ссылаясь на то, что, проходя службу в Чеченской Республике, «колол финансистов как орешки», угрожал заключением под стражу, приводя в пример Е., задерживавшегося в январе 2010 года.
    В ходе беседы они прошли в кабинет заместителя военного прокурора.
    Заместитель прокурора сказал, что является лучшим государственным обвинителем и добьется обвинительного приговора по любому делу. От него, по-прежнему, просили дать показания о преступной деятельности Г. Помощник прокурора, кроме того, подчеркивая внешние данные Ш., обещал поместить его в камеру с лицами нетрадиционной сексуальной ориентации и лицами, страдающими туберкулезом.
    Все это оказало на него психологическое давление. В итоге он согласился дать предложенные в версии помощника прокурора показания, о том, что получал от В. остатки по кассе, которые потом передал Г.
    Поскольку суммы знать он не мог, то отказывался отражать ее размер в объяснении. С условием такого «сотрудничества» ему гарантировали статус свидетеля. Впервые оказавшись в такой ситуации и растерявшись, в отсутствие защитника он подписал требуемое от него объяснение. Также Ш. показал, что содержащиеся в его объяснении помощнику прокурора утверждение о получении у В. наличных денег по квитанции (форма 10) квитанционной книжки войсковой части 00000 навязано ему лицами, отбиравшими объяснение. С точки зрения бухгалтерского учета – это свидетельство элементарной неграмотности.
    При допросе в качестве свидетеля 29 марта 2010 года он воспроизвел следователю Широкову ранее навязанную ему версию. Тот, особо ни во что не вникал. Сумму «на глаз» определили около 1 миллиона рублей. Своему защитнику о том, что такая версия ему была навязана прокурорскими работниками, он не рассказывал, поскольку был уверен, что, дав показания, изобличающие Г., останется в статусе свидетеля. В этом статусе он находился до 19 мая 2010 года. Более двух с половиной месяцев уголовное дело в отношении него не возбуждали. В дальнейшем его доводы никто не слушал.
    В проверке версии хищения денег непосредственно в части, нецелевого использования денег ему Широков отказал. Понимая, что на предварительном следствии его никто слушать не будет, он продолжал давать показания о получении у В. и возвращении по ее просьбе через Г. около 1000000 рублей в декабре 2007 года. В ходе всего предварительного следствия он ощущал давление со стороны Широкова, который систематически общался с ним по телефону непроцессуально.
    С целью проверки и оценки показаний Шуталева суд запросил у военного прокурора Центрального военного округа сведения о прохождении помощником прокурора службы в органах военной прокуратуры на территории Чеченской Республики.
    В ответ поступило сообщение, что помощник прокурора проходит военную службу в военных прокуратурах гарнизонов Центрального военного округа с 2009 года. Между тем, государственный обвинитель Сагдеев сообщил, что до 2009 года помощник прокурора проходил военную службу в Чеченской Республике, не уточняя статуса названного лица в тот период.
    Суд считает, что при таких данных нет оснований не доверять показаниям Ш. об источнике его осведомленности в вопросе прохождения помощником прокурора службы. Нет оснований не доверять ему и в вопросе источника осведомленности об оценке деятельности заместителя прокурора по поддержанию обвинения.
    Между тем, в упоминавшемся объяснении нет данных о сообщении ему таких сведений, равно как нет данных и о том, что при этом присутствовал упомянутый заместитель военного прокурора.
    Из этого суд заключает, что представленное в деле объяснение объективно не отражает происходивших 4 марта 2010 года событий. Заявление подсудимого Ш. о несуразности содержащего в том же объяснении утверждения о выдачи им квитанции (форма 10) из квитанционной книжки войсковой части 00000 и наличие таких сведений в объяснении свидетельствуют о том, что изложенная в нем версия предложена лицом, недостаточно осведомленном в правилах бухгалтерского учета и ведения кассовых операций. Квитанционные книжки (форма 10) являются бланками строгой отчетности и подтверждают поступление в кассу наличных денег ныне от физических, а ранее и от юридических лиц.
    В ходе предварительного следствия Ш. действительно неоднократно давал показания о получении и возврате через Г. около 1 миллиона рублей (один раз при допросе в качестве свидетеля, дважды при допросе в качестве обвиняемого, при проверке показаний на месте и в ходе очных ставок).
    Оценивая эти показания, суд учитывает заявление Ш. о том, что свидетелем он дал такие показания в надежде остаться в том же статусе. Уголовное дело в отношении него действительно было возбуждено только 19 мая 2010 года. Учитывает суд и то, что в подтверждение своего непроцессуального общения со следователем Ш. представил детализацию телефонных соединений. За период с 27 марта по 29 декабря 2010 года, как видно из детализации, у него состоялось 44 телефонных соединения с абонентским номером, указанным государственным обвинителем Сумишиным как номер, принадлежащий Широкову.
    Такие соединения имели место и в те длительные периоды, за которые отсутствуют протоколы процессуальных действий, выполненных Широковым с участием Ш. В материалах уголовного дела нет ни одной телефонограммы, а значит опровергнуть заявление Ш. о непроцессуальном общении невозможно.
    Кроме того, изучение трех протоколов допроса Ш. (когда он давал показания как свидетель и обвиняемый), указывает на то, что все они изготовлены с использованием компьютера переносом текста из протокола допроса свидетеля в последующие протоколы допроса обвиняемого фактически в неизменном виде.
    Все протоколы содержат одинаковые ошибки и пропуски слов (например, «Ринимать», «… требует внесение в кассу этих.», «… Голову я доверял, поэтому ни каких документов …», «… я прибыл в г. Екатеринбург управление 5 армии …»). Это свидетельствует о том, что допросы Ш. выполнялись формально и не опровергает заявление названного подсудимого о том, что в ходе предварительного следствия никто объективно и всесторонне не выяснял фактических обстоятельств дела.
    Напротив, это заявление подтверждается тем, что в ходе очных ставок со свидетелями В. и Ч. следователь Широков всякий раз отводил его вопросы и вопросы его защитника к названным свидетелям о том, имелись ли в войсковой части 00000 в 2007 году факты хищений и недостач, звонил ли Ш. В. или В. Ш. с 2007 года, на какие цели расходовались наличные денежные средства в ноябре-декабре 2007 года, почему В. продолжила работать в войсковой части 00000 после 1 декабря 2007 года, когда часть формально была ликвидирована, являлся ли Г. для Ч. начальником и почему последний выполнил его указание. Данные вопросы следователь отводил, как «не имеющие отношения к предмету очной ставки».
    Более того, суд констатирует, что добытые в досудебном производстве показания Ш. о получении им в декабре 2007 года у В. около 1000000 рублей и возврате их через Г. ничем не подтверждены. Ч. и В. показывали и показывают о получении названным подсудимым наличных денег в значительно большей сумме и в январе 2008 года. Следовательно, этим предшествующие показания Ш. не могут подтверждаться.
    Учитывая, что ранее данные Ш. показания ничем не подтверждены, ныне он от них отказался, мотивируя это имевшими место непроцессуальным давлением и необъективностью следствия, что не опровергается исследованными доказательствами, суд считает невозможным положить в основу приговора предшествующие показания названного подсудимого и их отвергает.
    При рассмотрении дела объективно установлено, что 30 ноября 2007 года явилось последним днем официального исполнения Ч. обязанностей командира войсковой части 00000, а В. главного бухгалтера этой части. Между тем, эти свидетели подписали три заявки на получение наличных денег с лицевого счета войсковой части 00000.
    С этого счета только с 10 декабря 2007 года было выдано в кассу 12957215,37 рублей за счет остатка лимита бюджетных обязательств и финансирования 13 и 21 декабря 2007 года. Отделение федерального казначейства Ч. об исключении из списков личного состава части, а В. об увольнении с 30 ноября 2007 года в известность не поставили. Более того, Ч. и В. не могли не сознавать, что получать бюджетные средства на выплату денежного довольствия военнослужащим, которых фактически в части не имелось, законных оснований не было.
    Также названные свидетели показали, что в декабре 2007 года денежное довольствие военнослужащим не выплачивалось. Значительные денежные средства отвлекались на цели, не предусмотренные лимитом бюджетных обязательств: приобретение оргтехники, бытовой техники, ремонт зданий и помещений, прочие нужды.
    Вывод эксперта Гаязова о передаче материальных ценностей, приобретенных в декабре 2007 года – январе 2008 года, из войсковой части 00000 в иные части и управление Объединения стоимостью 3123054,05 рубля извещениями (форма 280) не подтверждается. Данная сумма Гаязовым определена исходя из всех записей в книге о выписанных извещениях за период с 1 декабря 2007 года по 3 марта 2008 года.
    Между тем, имеющимися извещениями, в том числе отсутствовавшими при предварительном следствии и дополнительно полученными судом, подтверждается передача имущества с 1 декабря 2007 года в управление Объединения на сумму 1787468,88 рублей. Передача имущества по отдельным извещениям не подтверждена отметками о получении, отдельные, указанные в книге извещения, отсутствуют вовсе и определить, что по ним было передано невозможно. Неточными суд считает выводы эксперта Гаязова и относительно движения бюджетных средств по лицевому счету войсковой части 00000 на 27 ноября и 12 декабря 2007 года. Непосредственным исследованием выписок по лицевому счету указанной части суд считает установленным, что объемы средств по счету войсковой части 00000 определены правильно экспертами в заключении от 8 апреля 2011 года.
    С учетом изложенного суд отвергает заключение эксперта от 24 сентября 2010 года и в основу приговора кладет заключение от 8 апреля 2011 года, считая содержащиеся в нем выводы основанными на более полных сведениях и объективными.
    Между тем, вывод и этих экспертов относительно условного подтверждения документами расхода по кассе извещениями (форма 280) суд не находит полностью обоснованным. Из извещений и нарядов, книги учета выданных извещений видно, что часть нарядов на передачу имущества, переданным по извещениям в декабре 2007 года, выписана в октябре, ноябре и первой декаде декабря 2010 года. Значит, имущество было приобретено до момента первой выдачи денег в кассу, которая состоялась только 10 декабря 2007 года, и бюджетные деньги финансирования декабря не могли расходоваться на его приобретение.
    В то же время, отмечает суд, предварительным следствием не выяснены обстоятельства отвлечения бюджетных средств на выполнение ремонта зданий и помещений части, их оснащения, включая объект именуемый «гостиницей», где проживал командующий Объединением. О выполнении таких работ показали подсудимый Г., свидетели Ч. и В. При этом, последняя показала, что «гостиница» была отремонтирована с высоким качеством, а Ч. сообщил о наличии в данной «гостинице» дорогостоящего биллиардного стола, приобретение которого не подтверждено извещениями (форма 280).
    В связи с этим суд заключает, что остаток по кассе войсковой части 00000 не установлен, а в своем размере он значительно превышает объем вмененного Е., Г. и Ш. хищения. Не выходя за пределы предъявленного названным подсудимым обвинения, суд считает невозможным не отразить этого вывода по следующим основаниям.
    Такой вывод свидетельствует об односторонности предварительного расследования, в ходе которого не было принято мер к установлению судьбы бюджетных средств, отпущенных войсковой части 00000 в течение ноября – декабря 2007 года. Без какой-либо проверки следователь оставил показания Ч. и В. о приобретении строительных материалов для ремонта зданий и помещений пункта дислокации ликвидированной войсковой части 00000, оплаты выполненных работ. Такой вывод ставит под сомнение утверждение свидетелей Ч. и В. о передаче всего остатка наличных денег по кассе в сумме более 8000000 рублей (за исключением 200000 рублей) Ш.
    Более того, такой вывод свидетельствует о том, что свидетели Ч. и В. не могут быть лицами, незаинтересованными в исходе настоящего судебного разбирательства и, следовательно, их показания, как и иные доказательства, нуждаются в тщательной проверке и оценке.
    Показания Ч. и В. о том, что все товароматериальные ценности, закупленные на денежные средства, поступившие в кассу в течение ноября-декабря 2007 года, были приобретены до момента передачи денег Ш. (конец января 2008 года) суд считает надуманными.
    При исследовании извещений (форма 280) и нарядов на передачу ТМЦ Ч. показал, что в течение февраля, марта и апреля 2008 года осуществлялась передача ранее приобретенного имущества. До момента передачи закупленное имущество хранилось на складе ликвидированной войсковой части 00000. Между тем, из извещений и нарядов видно, что по нарядам, выданным в июне, ноябре, декабре 2007 года (согласно указанным в них датам) имущество передавалось в феврале – апреле 2008 года.
    В числе этого имущества 2 телевизора «Филипс» стоимостью 27387 рублей и 27898 рублей, переданные по наряду от 26 декабря 2007 года только 14 февраля 2008 года, ноутбук стоимостью 20811 рублей, переданный по наряду от 21 декабря 2007 года 11 марта 2008 года, ноутбук стоимостью 21200 рублей, переданный по наряду от 1 июля 2007 года 12 марта 2008 года, упоминавшийся письменный прибор стоимостью 39800 рублей, переданный по наряду от 21 декабря 2007 года только 18 февраля 2008 года, ковры (для спальни, рабочей комнаты, зала, двух ванных комнат и балкона, как видно из рукописных примечаний в извещении) по наряду от 24 декабря 2007 года были переданы в управление Объединения только 18 февраля 2008 года.
    Кроме того, анализ дат и номеров нарядов позволяет заключить, что представленные с извещениями наряды не отражают фактических сроков их выписки. Так в нарядах №№ 72/333 и 72/334 датой выписки указано 1 июля 2007 года, а в нарядах №№ 72/324 и 72/325 21 декабря того же года. Документов, подтверждающих даты приобретения товароматериальных ценностей суду не представлено.
    При таких данных суд не считает возможным признать достоверными показания Ч. и В. о том, что с конца января 2008 года на бюджетные средства, отпущенные войсковой части 00000 в 2007 году, товароматериальные ценности не приобретались. Суду не представлено никаких доказательств того, что должностные лица, для обеспечения деятельности которых закупались указанные товароматериальные ценности, столь длительно ожидали поступления их со склада ликвидированной войсковой части 00000. Заявление Ч. о длительном хранении на складе телевизоров, ноутбуков, дорогостоящего письменного прибора, ковров и многого иного имущества суд считает надуманным.
    Напротив, суд приходит к выводу о справедливости утверждений Г. и Ш. о приобретении на отпущенные войсковой части 00000 бюджетные средства значительных по стоимости товароматериальных ценностей и в период, последующий за январем 2008 года.
    Об обоснованности такого вывода свидетельствует и то обстоятельство, что по утверждению той же В., чьи показания следует оценив

  3. Admin

    бухгалтерскую документацию для обревизования она сформировала только к апрелю 2008 года, а сама документация, как подтверждено показаниями подсудимых Ш. и Г., свидетелей Ч. и В., Ш.1, Д. и Т., передавалась только в августе 2009 года.
    Более того, свидетель Ш.1 подтвердила, а подсудимые Ш. и Г. показали, что последний проставлял отметки об обревизовании отдельных документов только в момент их передачи Ш. – в августе 2009 года. Г. пояснил, что до августа 2009 года не мог добиться от Ч. представления документов для окончания обревизования.
    Это его заявление суд находит объективно согласующимся с иными приведенными доказательствами. Бухгалтерскую документацию, согласно упоминавшемуся приказу командующего Объединением, должностным лицам войсковой части 00000 следовало передать в войсковую часть 00001, а не представителям последней части – добиваться ее передачи от Ч. и В.
    Полномочиями по закрытию лицевого счета войсковой части 00000 Г. как начальник финансовой инспекции не обладал. Следовательно, наличие в упоминавшемся приказе командующего Объединением распоряжения Г. о закрытии лицевых счетов получателя не свидетельствует о виновности этого подсудимого.
    Относительно выданной Е. справки от 29 ноября 2007 года о ликвидации финансового хозяйства войсковой части 00000 с 30 ноября 2007 года суд указывает следующее. Подсудимый Е. и свидетель Ч. показали, что в выдаче такой справки, необходимой для приобщения к ликвидационному акту части, в конце ноября 2007 года последнему названный подсудимый отказал, поскольку ревизия Г. была не завершена. Эта справка Е. фактически была выдана Ч. только в середине декабря 2007 года. Следовательно, данная справка сама по себе не подтверждает совершение Е., Г. и Ш. вмененного хищения.
    Суд повторяет, что деятельность свидетелей Ч. и В. при ликвидации войсковой части 00000 в доказывании вмененного Е., Г. и Ш. хищения 8000000 рублей должна быть тщательным образом изучена и оценена.
    Помимо приведенной оценки обстоятельств получения по заявкам названных свидетелей бюджетных средств и их расходования обратило на себя внимание следующее.
    Как в ходе досудебного производства, так и в ходе судебного разбирательства Ч. и В. показывали, что Г. предлагал первому, а Е. – второй похитить бюджетные средства, которые Е. должен был перечислить сверх имевшейся потребности. Между тем, судом установлено, что в декабре 2007 года с лицевого счета войсковой части 00000 наличные деньги выдавались в кассу этой части по заявкам, подписанным Ч. и В. Никакой необходимости в получении этих денег в кассу не было. Более того, названные свидетели с 1 декабря 2007 года уже не являлись должностными лицами получателя средств федерального бюджета.
    Следуя утверждению стороны обвинения, В. в присутствии Ч. передала Ш. по требованию Г., лица, склонявшего названных свидетелей к участию в хищении, наличные деньги в сумме более 8000000 рублей вопреки установленному порядку расчетов между получателями бюджетных средств. При этом, как утверждают В. и Ч., незаконность операции они сознавали, но последний не мог ослушаться Г. – начальника финансовой инспекции Объединения. Суд считает, что такое утверждение свидетелей о зависимом от Г. положении принято во внимание быть не может. Г. не являлся для них начальником, а добросовестным должностным лицам получателя бюджетных средств ревизор вреда причинить не может.
    Серьезной оценки заслуживают показания единственных прямых свидетелей Ч. и В. о процедуре передачи Ш. в конце января 2008 года наличных денег. О непоследовательности показаний названных свидетелей относительно переданной Ш. суммы суд уже указывал. Обратило на себя внимание и то обстоятельство, что по утверждению Ч. и В. для получения денег Ш. прибыл с приходно-кассовыми ордерами, квитанционной книжкой и печатью войсковой части 000001.
    При получении в два приема денег Ш. выписал два приходно-кассовых ордера и две квитанции (форма 10), которые вручил В., а та, в дальнейшем, приобщила эти документы в журнал – ордер № 1 (операции по кассе), который в августе 2009 года также передала Ш. Также Ч. и В. показали, что до передачи бухгалтерских документов Ш., как представителю правопреемника, ими были изготовлены два экземпляра светокопий упомянутых ордеров и квитанций. Однако, ввиду частого перемещения документации, эти светокопии они утратили.
    Такое объяснение Ч. и В. суд считает надуманным. Названные свидетели, уже не являясь должностными лицами получателя бюджетных средств, в декабре 2007 года многомиллионные суммы получили. Названным свидетелям, как они сами показывают, предлагалось участвовать в хищении и они отказались.
    Названные свидетели утверждают, что по требованию одного из подстрекателей передали деньги Ш., а потом и подтверждающие передачу документы. Эти же свидетели еще и утеряли светокопии документов, подтверждающих получение Ш. более 8000000 рублей наличными.
    О надуманности показаний Ч. и В. о наличии у Ш. при передаче наличных денег печати войсковой части 00001 и выдачи им квитанций (форма 10) свидетельствует и следующее. Командир войсковой части 00001 С. показал, что получать наличные деньги Ш. не уполномачивал.
    Никаких доказательств выдачи Ш. в декабре 2007 года – январе 2008 года печати указанной части суду не представлено. Сам Ш. наличие у него печати отрицает. Кроме того, судом были истребованы журнал учета квитанционных книжек войсковой части 00001 и сами квитанционные книжки в количестве 301 штуки, что соответствует имеющимся в Журнале записям.
    В судебном заседании были исследованы квитанционные книжки, относящиеся к периоду вмененного подсудимым хищения. Копий квитанций о поступлении из войсковой части 00001 наличных денег в них не обнаружено. Государственным обвинителям и защитнику подсудимого Ш. – адвокату Бортниковой в перерыве была предоставлена возможность ознакомиться и со всеми иными квитанционными книжками войсковой части 00001. По их заявлению сведения о такой операции в них также отсутствовали.
    Допрошенный по эпизоду хищения бюджетных средств в ноябре 2009 года Б. показал, что в предшествующем хищению периоде Е. передавал ему чистый бланк квитанционной книжки, который в последующем им был возвращен Е. вместе с бухгалтерскими документами. Е. наличие данного обстоятельства отрицал.
    Исследовав опись передачи бухгалтерских документов Б. Е., суд установил, что сведения о передаче неучтенного бланка квитанционной книжки в ней отсутствуют. Более того, сам Б. показал, что не знает, для чего ему был передан этот бланк, поскольку предложенная ему схема хищения использование квитанций не предусматривала.
    Передача Е. бланка квитанционной книжки Б. не установлена, и, следовательно, показания последнего не подтверждают выдачу Ш. при получении наличных денег в войсковой части 00000 квитанций.
    Рассуждая о надуманности утверждений свидетелей Ч. и В. о получении им наличных денег, безапелляционно принятых стороной обвинения, Ш. указал, что никакого резона не получать в войсковой части 00000 бухгалтерские документы, содержащие прямые доказательства совершения им хищения, вплоть до августа 2009 года, у него не имелось.
    Такие документы, утверждает Ш., он, будучи здравым человеком, стремился бы получить в максимально краткий срок для сокрытия своей причастности к хищению. При рассмотрении дела действительно установлено, что Ш. никакой настойчивости в ускорении срока передачи ему бухгалтерской документации не проявлял. Следовательно, отсутствие этой настойчивости подтверждает показания Ш. в том, что наличных денег у Ч. и В. он не получал.
    Не свидетельствует о совершении хищения Е., Г. и Ш. на рубеже 2007 – 2008 года бюджетных средств и то обстоятельство, что в ходе расследования не были обнаружены два плана распределения бюджетных средств по получателям бюджетных средств Объединения, на основании которых были составлены расходные расписания 13 и 21 декабря 2007 года.
    Об отсутствии этих планов показала в судебном заседании свидетель М.1 – старший офицер финансово-экономической службы Объединения с мая 2007 года. Проекты этих планов были обнаружены в рабочих файлах компьютера, использовавшегося М.1 в служебной деятельности. М.1 показала, что данные файлы для сотрудников финансово-экономической службы Объединения закрытыми не были и могли быть изменены любыми лицами через локальную сеть или свободным доступом к ее компьютеру.
    Сохранившиеся в компьютере файлы отражают лишь рабочие проекты документов. Суд обращает внимание, что планы распределения по получателям бюджетных средств Объединения подписываются Е., как начальником финансово-экономической службы (главным бухгалтером), и утверждаются командующим Объединением.
    На основании этих планов ответственными исполнителями составляются расходные расписания и их реестры, подписываемые ими, а также руководителем распорядителя бюджетных средств и руководителем планово-финансовой службы. Сотрудники финансово-экономической службы Объединения Ж. (руководитель планово-финансовой службы) и М.2 (ответственный исполнитель), чьи подписи имеются в реестрах расходных расписаний, по делу не допрашивались.
    Ходатайств о допросе названных лиц для выяснения обстоятельств составления реестров и их расписаний сторонами заявлено не было. При таких данных резон для сокрытия Е. планов вовсе не очевиден. Незаконность его действий вполне подтверждаема подписанными им расходными расписаниями и реестрами. Однако, планы распределения, помимо подписи главного бухгалтера, содержат и подпись иного лица об их утверждении.
    Не свидетельствует о причастности Е., Ш. и Г. к хищению бюджетных 8000000 рублей, отпущенных войсковой части 00000 с 13 декабря 2007 года, и акт ревизии, составленный Г., поскольку в акте эти сведения не должны были отражаться (в акте указано об окончании ревизии 12 декабря 2007 года). Более того, этот акт подписан Ч. и В., чья деятельность отрицательной оценки стороны обвинения не нашла. Обвинение в преждевременном окончании ревизии Г. не предъявлялось.
    Не свидетельствует о наличии хищения и утверждение стороны обвинения об уничтожении Ш. бухгалтерских документов. По делу действительно выяснялись обстоятельства передачи Ш. в августе 2009 года бухгалтерских документов войсковой части 00000, их транспортировки в войсковую часть 00001, последующего хранения и проверки наличия.
    Показаниями подсудимых Г. и Ш., свидетелей Ч., В. и Ш.1 действительно установлено, что бухгалтерские документы передавались В. Ш. в августе 2009 года. Между тем, о том, что Ш. проверил каждый документ согласно описи, дала показания только В. Свидетель Ш.1 показала, что документы Ш. проверял выборочно. Сам Ш. показал, что полное соответствие получаемых документов описи он не проверял. Относительно показаний свидетелей Б., К.1 и С.1 о сжигании последним в начале 2010 года содержимого картонной коробки и мешка по указанию Ш. суд указывает следующее. Б. и К.1, как ими показано на суде, о содержимом этой коробки осведомлены не были.
    Свидетель С.1 показал, что в коробке и мешке, содержимое которых он сжег по указанию Ш. в конце зимы – начале весны 2010 года, были разрозненные бумаги массой, как примерно он оценил, около 20 килограмм. Данные бумаги представляли собой различные разрозненные листы, а не сброшюрованные дела и книги или их составляющие. Ш. отдачу указаний о сжигании содержимого отрицал. Из описи передаваемых документов и показаний Ш. следует, что при изъятии у него документов войсковой части 00000 не были обнаружены мемориальные ордера №1 за ноябрь-декабрь 2007 года (426 листов), № 8/1 за тот же период (402 листа), №8/2 за тот же период (32 листа), последние 5 томов кассовых книг за 2007 год.
    Таким образом, при изъятии недоставало 860 листов различного формата, сброшюрованных в три книги без обложек, и 5 томов книг (журналов). Этот объем документов, по мнению суда, никак не может в своей массе составлять 20 килограмм даже в весьма условном приближении. Ш. же отдачу распоряжения об уничтожении документов сжиганием отрицал. Он показал, что просил только лишь о выносе из кабинета скопившегося мусора. Более того, Ш. заявил, что предположение о том, что исполнитель хищения поручил бы через нескольких свидетелей другому свидетелю сжечь подтверждающие совершение преступления документы лишено логики. На взгляд Ш., в таком деле лишний свидетель не нужен. Этот довод Ш. суд считает логичным.
    При таких данных суд лишен возможности установить, что по указанию Ш. С.1 сжег часть бухгалтерских документов войсковой части 00000. Более того, уничтожение документов, о наличии которого утверждает сторона обвинения, самостоятельной юридической оценки не получило.
    Какие конкретно документы (ордера, книги) были уничтожены Ш., в обвинительном заключении не указано. Последней датой криминального поведения названного подсудимого, как это отражено в формулировке предъявленного ему обвинения, определено 30 января 2008 года. Событие криминального уничтожения Ш. документов по делу установлено быть не может.
    Согласно пункту первому примечания к статье 158 УК РФ под хищением в статьях Уголовного кодекса Российской Федерации понимаются совершенные с корыстной целью противоправное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившего ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.
    Судом установлено, что наличные деньги в сумме 8000000 рублей, отпущенные из бюджета 13 и 21 декабря 2007 года, были выданы в том же месяце в кассу ликвидированной войсковой части 00000 по заявкам лиц, которые с 1 декабря того же года не являлись должностными лицами получателя бюджетных средств. Противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение этого имущества в чью либо пользу путем обмана или злоупотребления доверием Ч. и В. непосредственно Е., Г. или Ш. не установлено.
    Для суда очевидно, что названных лиц никто не обманывал, равно как и не злоупотреблял их доверием. Момент окончания инкриминированного этим подсудимым хищения не установлен, поскольку представленные в судебном заседании доказательства, по мнению суда, не подтверждают получение Ш. в войсковой части 00000 выданных казной Российской Федерации непосредственно В. 8000000 рублей, перечисленных в эту часть Е.
    Утверждения Ч. и В. о такой передаче суд считает неподтвержденными всей совокупностью представленных при рассмотрении дела доказательств, которые были проанализированы при постановлении настоящего приговора. Показания названных свидетелей, заинтересованность которых в исходе рассмотрения дела более чем очевидна, не согласуются с иными, исследованными доказательствами.
    Эти показания Ч. и В. суд отвергает. Иных доказательств хищения 8000000 рублей Е., Г. и Ш. нет. При таких данных, считает суд, Г. и Ш. по обвинению в этом хищении должны быть оправданы на основании пункта второго части второй статьи 302 УПК РФ, поскольку причастность их к совершению хищения 8000000 рублей не установлена. Наличие состава иных преступлений при данной конструкции обвинения по этому эпизоду в действиях Г. и Ш. установлено быть не может.
    Что же касается обвинения Е. в этом хищении, то судом установлено, что по решению названного подсудимого 13 декабря 2007 года на незакрытый лицевой счет войсковой части 00000 расходными расписаниями были перечислены 5000000 рублей, а 21 декабря того же года – 3000000 рублей.
    Данные средства федерального бюджета, отпущенные на выплату денежного довольствия военнослужащим, с лицевого счета войсковой части 00000 были получены В. Денежное довольствие военнослужащим из этих средств не выплачивалось. В федеральный бюджет эти средства не возвращены.
    Дальнейшая судьба наличных денег не установлена. Такие незаконные перечисления бюджетных средств, при последующем их изъятии и невозвращении в бюджет, и в том и в другом случае повлекли существенное нарушение охраняемых законом интересов государства.
    Сохранение этих средств в бюджете было обязанностью главного бухгалтера Объединения Е. Из бюджета были незаконно выведены значительные суммы: 5000000 рублей и 3000000 рублей. Нарушения, которые были допущены Е. как должностным лицом Вооруженных Сил Российской Федерации, осуществляющим административно-хозяйственные функции, в приговоре судом указывались выше.
    Участие Е. в хищении не установлено. Однако, это не исключает его уголовной ответственности за само незаконное перечисление бюджетных средств.
    Принимая решение о квалификации содеянного Е. в этой части, суд учитывает, разницу в мотивах совершения этих действий. В первом случае Е. принял решение о перечислении средств в угоду прямому начальнику для их расхода в нецелевом порядке, во втором – желая избежать возможных нареканий за неиспользование бюджетных средств, отпущенных в значительно превышающем объем обязательств размере.
    Перечислив 13 декабря 2007 года 5000000 рублей Е., как должностное лицо распорядителя средств федерального бюджета сознавал, что данные средства будут использованы не по целевому назначению, поскольку именно для этого начальник требовал выполнить операцию. В данном случае Е. выполнил заведомо незаконное распоряжение, что не исключает его ответственности за содеянное (часть вторая статьи 41 УК РФ).
    Будучи должностным лицом этим он совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов государства. Незаконно перечисляя 3000000 рублей 21 декабря 2007 года на счет уже ликвидированной части в отсутствие потребности, он так же превысил свои полномочия, рассчитывая избежать нареканий за просчеты в служебной деятельности.
    С лицевого счета получателя наличные деньги были выданы в кассу ликвидированной части, и дальнейшая их судьба осталась неизвестной, что указывает на существенное нарушение охраняемых законом интересов государства.
    Между тем, все действия Е. по перечисленью в два приема бюджетных средств были квалифицированы как единое преступление. С учетом изложенного суд переквалифицирует действия Е., связанные с перечислением средств федерального бюджета на лицевой счет войсковой части 00000 с ч.4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ), при перечислении 5000000 рублей и 3000000 рублей на ч.1 ст. 286 УК РФ. Квалифицировать эти действия как два самостоятельных преступления суд возможным не считает, поскольку это приведет к ухудшению положения названного подсудимого.
    В ходе судебного заседания представителем Министерства обороны Российской Федерации Александровым заявлены гражданские иски:
    – о взыскании с Емелина, Голова и Шуталева в солидарном порядке 8000000 рублей в счет возмещения ущерба, причиненного хищением наличных денег, отпущенных из федерального бюджета войсковой части 03311 в декабре 2007 года на выплату денежного довольствия военнослужащим;
    – о взыскании с Емелина, Голова и Богославского в солидарном порядке 3555429,07 рублей в счет возмещения оставшейся части ущерба, причиненного хищением наличных денег, отпущенных из федерального бюджета войсковой части 51946 в 2009 году на выплату денежного довольствия военнослужащим.
    Рассматривая данные гражданские иски, суд приходит к следующим выводам.
    По делу не установлено хищение наличных денег, отпущенных из федерального бюджета войсковой части 03311, Головым, Шуталевым и Емелиным. Последний признан виновным только в незаконном перечислении 5000000 рублей и 300000000 рублей с распорядительного лицевого счета финансово-экономической службы Объединения на лицевой счет войсковой части 03311 – получателя бюджетных средств.
    Между тем, судьба наличных денег, выданных в кассу свидетелю Волошиной, по делу не установлена. При таких данных суд считает, что необходимые условия, предусмотренные статьей 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», отсутствуют. Реальный ущерб по вине Емелина, Голова и Шуталева причинен не был. В удовлетворении этого иска следует отказать.
    Виновность Богославского, Емелина и Голова в соучастии в хищении путем обмана наличных денег в сумме 15955429,07 рублей, выданных из казны Российской Федерации в кассу войсковой части 51946 в ноябре 2009 года судом установлена. Первый признан исполнителем мошенничества, второй – подстрекателем, третий – пособником.
    Статьей 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» предусмотрено, что военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случае причинения ущерба хищением. Размер реального ущерба по этому эпизоду определен суммой похищенных наличных денег – 15955429,07 рублей.
    Наличные деньги в сумме 12400000 рублей в ходе досудебного производства были изъяты правоохранительными органами. Невозмещенным остался ущерб в размере 3555429,07 рублей. Этот иск Министерства обороны Российской Федерации подлежит удовлетворению. Согласно статье 1080 ГК РФ Богославский, Емелин и Голов должны нести солидарную ответственность за совместно причиненный вред.
    Решая вопрос о назначении наказаний, суд принимает во внимание, что подсудимые Емелин, Голов и Богославский заявили о раскаянии в содеянном.
    К уголовной ответственности все они привлечены впервые. В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимых, суд признает:
    – Емелина за совершение всех преступлений – наличие у него на иждивении несовершеннолетнего и малолетнего сыновей, за совершенное превышение должностных полномочий – совершение преступления в силу служебной зависимости от прямого начальника, за подстрекательство к мошенничеству – частичное добровольное возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, явку с повинной;
    – Голова – наличие у него на иждивении несовершеннолетнего и малолетнего сыновей, явку с повинной, а также передачу Емелину для добровольной выдачи похищенных денег, о чем показал подсудимый Емелин;
    – Богославского – наличие у него на иждивении малолетних сына и дочери, частичное добровольное возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, совершение преступления в силу служебной зависимости от начальника финансово-экономической службы Объединения Емелина, на протекционизм которого, длительно находясь в распоряжении, он рассчитывал при планируемом назначении на должность начальника финансовой службы войсковой части 30992, явку с повинной.
    Кроме того, при назначении наказания Емелину суд принимает во внимание наличие у него заболеваний, одно из которых требует длительного диспансерного наблюдения.
    Между тем, суд учитывает, что хищение бюджетных средств Богославский, Голов и Емелин, совершили в соучастии. Похищенная сумма более чем в пятнадцать раз превышает размер, определенный уголовным законодательством как особо крупный (примечание к статье 158 УК РФ). Емелин, выступив подстрекателем, предложил Голову и Богославскому схему хищения и это свидетельствует о повышенной степени его общественной опасности.
    С учетом изложенного суд считает, что за соучастие в мошенничестве Емелину, Голову и Богославскому основное наказание в виде лишения свободы следует назначить только с реальным отбыванием.
    Всем им следует назначить и дополнительное наказание в виде штрафа. Кроме того, по тем же основаниям, с применением статьи 48 УК РФ, за соучастие в совершении тяжкого преступления Емелина, Голова и Богославского следует лишить воинских званий. Дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное с декабря 2009 года санкцией ч.4 ст. 159 УК РФ, названным подсудимым назначено быть не может.
    За превышение должностных полномочий, учитывая размер незаконно перечисленных Емелиным сумм (5000000 рублей и 3000000 рублей), ему невозможно назначить иного наказания, кроме как лишение свободы.
    Руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, военный суд
    П Р И Г О В О Р И Л:
    Признать Г. и Ш. невиновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ), по эпизоду хищения бюджетных средств, отпущенных войсковой части 03311, и оправдать их по этому обвинению на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, за непричастностью к совершению преступления.
    Признать за оправданным Шуталевым П.И. право на реабилитацию.
    Меру пресечения в отношении Шуталева П.И. – подписку о невыезде и надлежащем поведении – отменить.
    Е. признать виновным:
    – в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 286 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 1 год.
    В удовлетворении гражданского иска Министерства обороны Российской Федерации к Е., Г. и Ш. о взыскании 8000000 рублей в счет возмещения ущерба, причиненного хищением отпущенных войсковой части 00000 в 2007 году бюджетных средств, отказать.
    Приговор может быть обжалован в Уральский окружной военный суд через Екатеринбургский гарнизонный военный суд в течение десяти суток со дня провозглашения, а осужденными Емелиным Д.В., Головым С.Н. и Богославским А.А. в тот же срок со дня вручения им копий приговора. В случае подачи кассационной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
    Судья Екатеринбургского
    гарнизонного военного суда И.Г. Шаргородский
    Примечание: Г. и Е. этим же приговором были признаны виновными в ином преступлении. В связи с этим часть текста приговора изъята.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*